La película "Raphael" en Antena 3. 2010

МИНИСЕРИАЛ "РАФАЭЛЬ" НА ANTENA 3. 2010

Мы все ждали этот фильм. Ждали с очень странным, смешанным чувством, разрываясь в противоречиях и двойственности, когда неприкрытое любопытство неистово борется со стыдливым страхом.

A беспредельное обожание любимого артиста граничит с тихой истерикой от того, что все может выглядеть, категорически не согласуясь с классическими канонами, предписанными пятидесятилетней историей фантасмагорического явления,  имя которому  рафаэлизм.


Ждали недоверчиво и затаив дыхание, раздраженно комментируя, что, скорее всего, это невозможно и даже немыслимо, потому что Рафаэль, по природе своей, исключителен и неповторим в любом, самом мимолетном проявлении.

 

Что Он слишком ярок и бесконечно самобытен, чтобы его сумел сыграть какой-либо, пусть даже весьма приличный,  актер, потому что взяться за такое безумство означает полное отсутствие должного пиетета и необходимого преклонения, единственно возможных, когда речь идет о великом артисте. Короче, ждали, повторяя весь привычно-традиционный набор хвалебной эквилибристики, которая абсолютно уместна о нашем герое по любому поводу, будучи всеобъемлющей  и, при этом, совершенно бессодержательной, поскольку не сообщает ровным счетом ничего хоть сколько-нибудь незатасканного и нешаблонного. 

Под увеличительным стеклом привередливо рассматривали немногочисленные фотографии обаятельного Хуана Рибо, этого самоотверженного камикадзе от идеи, решившегося объять необъятное и нырнуть на недосягаемую глубину, когда трудно даже чисто теоретически представить, что ожидает там. А извилистый путь наверх может и вовсе быть перекрыт,  когда вполне предсказуемая неудача  не только не продвинет доселе вполне успешную карьеру, а решительно  поставит жирный крест грандиозного и необратимого провала.

А далее последовали судорожные поиски необходимой страницы виртуального мира по имени Интернет, которая, словно по какому-то неведомому и очень злому умыслу таинственного  демиурга, внезапно замещалась малозначимыми новостями круглосуточного канала, раздражая и заставляя ощутимо страдать, и невыразимая радость обуревала, когда призрачная возможность увидеть неоднозначный фильм пусть в минимальной степени становилась явью.

 

И смотрели, смотрели, пытаясь нервно осознать, насколько нравится или не нравится сие странноватое, по нашим меркам, творение, созданное  немалыми усилиями большого числа людей и решительно одобренное самим легендарным прототипом.

И с каждой минутой многие начинали неожиданно для себя понимать, что этот знакомый до боли сюжет, сконструированный по жестко прочерченным законам драматургии, прочно сцепленный и выверенный опытной рукой крепкого профессионала начинает притягивать и вовлекать в свой мир, мало привязанный к конкретным историческим реалиям и определяемый достаточно условными приметами времени, и не более того.

 

А  жизнь и судьба самого артиста, оторванная от социально-политического фона, необходимого для понимания его творчества и успеха, начинает развертываться, как  весьма обобщенное понятие, все менее соотносимое с привычным образом того, кому все это изначально и было посвящено.

Нам не становится  ясным, почему этот артист  обретает такую фантастическую популярность, позже превращаясь, в какой-то степени, даже во властителя дум целого поколения, мы не знаем, отчего так неистово сотрясаются залы покоренных им театров, а толпы эмоциональных поклонниц неотступно преследуют своего обожаемого кумира. Мы не понимаем еще очень многого из того, что необходимо было бы предъявить современному зрителю, размышляя о жизненном пути такого труднообъяснимого явления, как Рафаэль.

 

Но совершенно внезапно и малоконтролируемо  нас охватывает полное безразличие к степени портретного сходства трех или даже четырех актеров, созидающих образ великого певца. Потому что и грандиозность его артистического пути прописана весьма размыто, этаким легким пунктиром, почти намеками,  так что масштаб дарования неравнодушный зритель должен принять на веру как постулат изначально, а всем остальным правдивое обоснование и вовсе может показаться необязательным и обременительным.  

А еще чуть дальше приходит осознание, что это простое по художественному решению зрелище неожиданно для нас самих все больше завораживает и уже не отпускает, не позволяя передохнуть и остановиться, потому что ни блестящая карьера знаменитого певца, ни даже его необыкновенный вокальный талант и ни бесчисленные триумфы от одной прославленной сцены до другой не становятся подлинно значимыми в этой щемящей истории.

Страдания человека и умение подняться над ними, его фантастическое мужество в этой борьбе и бесконечная слабость, его тяжелейшие поражения и полет духа, устремляющегося в высь в  преодолении непреодолимого, все больше и глубже завоевывает нас как зрителей, ведя за собой и заставляя забыть, что это не совсем Рафаэль, и фильм не совсем о Рафаэле, а многие эпизоды прописаны весьма вольно,  являя не столько жизнь конкретного персонажа,  сколько  просто художественное ощущение, что и так могло бы быть.

И пусть окружение главного героя легко и почти безошибочно узнаваемо и весьма привлекательно, (хотя развитие образа, например, Наталии Фигероа не совсем вписывается в единую психологическую  концепцию от испольнительцы к исполнительнице в разных возрастных периодах), это всего лишь некоторый антураж, чтобы откровенно поговорить о жгучих вопросах иного уровня и значимости.

Главное, что мы постигаем как итог сказанного, это величие души героя, который, выжив, искренне жаждет только одного – снова видеть мир и радоваться ему,  (ведь он научился  этому, стоически перенеся невыносимые муки и страдания), жаждет видеть близких и  заниматься тем единственным, что  ему нравится большего всего на свете и что он умеет делать так хорошо: просто петь. 

Только для этого ему и надлежало, по мысли авторов, пройти через второе рождение. Впрочем, помнится, и Рафаэль сам писал  о том же. Блистательный Хуан Рибо, не поскупясь, сумел убедительно воплотить художественный замысел. А чудесный Абрахам Матео со всей детской непосредственностью ему замечательно помог. И поэтому мы не в обиде.

Пресса о премьере минисериала:

"De Raphael destacaría, su energía absoluta a su arte". 2010
Raphael se parte en dos. 2010
Yo soy aquellos. 2010
Juan Ribó: «Raphael podía haber sido un gran actor». 2010

Raphael llora de alegría... y los lobos muerden con fuerza la red. 2010

Natalia А.
Anna_SVSH
Опубликовано на сайте 06.10.2010