Рафаэль Мартос Санчес - Raphael - Rafael Martos Sánchez - 35. Volveré a nacer

35. Volveré a nacer

VOLVERÉ A NACER
ВНОВЬ РОДИТЬСЯ

 
https://www.youtube.com/watch?v=r4zhv3wJa1Y 

Те две зимние недели 2014-го года, проведённые в больнице, заставили меня на многое посмотреть другими глазами, многому дать новую оценку, и у меня тогда появился какой-то ненормальный оптимизм, а в день выписки я поняла окончательно: у меня началась новая жизнь, и даже последовавшая за этим болезнь и вынужденное обездвиженное состояние не могли убить во мне это ощущение. Я твердила себе: «Всё хорошо, я буду ходить». Но одних слов мало, это понимала я сама и мои родные тоже. Со дня приезда домой сын не отходил от меня и как-то с отчаянием в голосе спросил:
- Мама, может тебе что-нибудь включить на компьютере?
- Да, включи.
- А что?
- Рафаэля, - коротко ответила я.
Я уткнулась в подушку и вспомнила маму: то, как она меня тоже просила включать песни Рафаэля, и как блестели её глаза, и как они потом потухли… Неужели я тоже уйду?

- Вот повезло мне! Все нормальные люди будут Новый год встречать дома, в кругу семьи, а я буду обниматься с больничной койкой, - недовольно обьявил отец в середине декабря, - И надо же, как подгадали: кладут под конец года!
Его походы в районную больницу, с бесконечными осмотрами, начались ещё летом, и желание вернуть зрение было понятно, и слова врачей о благополучном исходе предстоящей операции обрадовали: значит, не всё безнадёжно. Только вот ждать этого события пришлось долговато.
- Ну, что ж, Новый год встречу в Петропавловске, - заключил он, - Да лишь бы не зря всё, лишь бы потом увидеть белый свет.
- Увидишь, дед, - успокоил его Женя.

Отец уехал, и у нас с сыном начались беспокойные дни: мы звонили по очереди, и только услышав в телефоне родной голос, облегчённо вздыхали. Наступило 31 декабря, и беспокойство усилилось.
- Мам, я куплю маленький тортик, всё-таки, Новый год.
- Да, купи.
Когда стрелки на часах уже приближались к двенадцати, мы посмотрели друг на друга, и я первая произнесла:
- Надо позвонить дедушке.
Он долго не отвечал, и наконец…
- Да, лежу, лежу, живой, слава Богу.
- Как твои глаза? - взволнованно спросил Женя.
- Какой ты быстрый! Мне повязку наложили, ничего пока не знаю. А вы как там?
- Новый год отмечаем.
- Не отключайтесь. Тут в палате тишина, даже поговорить не с кем.
- Не отключимся.
- Вот это Новый год у нас!

my-raphael.com 
Я и мой сын Женя (2017-й год).

6 января отец приехал домой и выглядел как важный господин: это очки с затемнёнными стёклами придавали ему такой вид.
- Что-то быстро тебя выписали, - удивилась я.
- А что со мной возиться? Не такая уж важная персона. Дали пинка под зад, и всё.
- А очки зачем?
- О-о! Меня так отремонтировали! То была ночь в глазах, а теперь уж совсем день. Всё слишком ярко, так что без очков никак. Похоже, новая жизнь начинается.
К нему вернулся его прежний душевный настрой: он всегда был шутником и рассказчиком разных забавных историй, услышанных где-то или случившихся с ним самим. Это сообщение и развеселило, и подарило нашим уставшим душам неизмеримое облегчение и веру в то, что чёрная полоса в нашей семье закончилась.

Шли дни своей привычной чередой, зима заканчивалась, и в доме постепенно возрождался прежний привычный уют: отец уже ходил уверенной походкой зрячего человека, а из комнаты сына стали доноситься звуки компьютерных игр и смех его друзей. В конце февраля и я смогла подойти к компьютеру и включила его, сначала ненадолго, а позднее и подольше за ним пробыла, и слушала то, что душа требовала. Мой прекрасный принц пел для меня, день за днём, тёплые волны растекались по моему израненному телу, заживляя раны, и однажды я почувствовала, что боль проходит. Я поняла: я буду ходить.