Рафаэль Мартос Санчес - Raphael - Rafael Martos Sánchez - 25. Sonrie, sonrie

25. Sonrie, sonrie

 

SONRIE, SONRIE
УЛЫБАЙСЯ, УЛЫБАЙСЯ

 
https://www.youtube.com/watch?v=69Xf9UEmL80 

Начало 90-х - времена, принесшие грандиозные перемены в жизнь страны, а также в судьбы миллионов людей, ожидающих чего-то светлого, но получивших вместо этого совсем не то, о чём мечтали. Я к тому времени уже больше года не получала зарплату, но продолжала ходить на работу и ждала долгожданной выплаты, как и большинство работающих на разных предприятий Сергеевки. Иногда я приходила в бухгалтерию киносети, которая находилась в кинотеатре «Ишим», и спрашивала о финансовых переменах, но ответ на мой вопрос всегда был неопределённым.

Однажды, придя домой после очередного визита в киносеть, я устало села за стол, и рядом села мама.
- Меня направляют на операцию, - сказала она грустно.
- Без операции нельзя?
- Нет. Сказали, что, пока не поздно, опухоль надо удалить. Но я чувствую, там что-то серьёзное.
- Не накручивай, - попыталась я её успокоить.
- Да я не накручиваю. Так и есть.

Через неделю отец отвёз маму в Петропавловск, и её положили в онкологическое отделение областной больницы. Все анализы уже были сделаны, день операции назначен… Но мама сбежала из больницы и приехала домой.
- Что ты сделала? - возмутился отец.
- Мне хотят грудь удалить, - заплакала она.
- И что?
- Я стану калекой.
Мы её еле уговорили вернуться назад, и она села в машину, покорная, словно отправлялась на казнь.

В больнице врачи её встретили без упрёков, видимо, подобные случаи уже были, и снова положили в отделение, где она немного успокоилась, к тому же, подействовали слова соседки по палате Риммы.
- Не бойся, это всего лишь грудь. Без неё можно жить.
Вторая соседка, по имени Катя, лежала на кровати с грустным видом.
- А что у тебя болит? - спросила её мама.
- У меня что-то непонятное, но что-то наверно вырежут, здесь ведь у всех что-то вырезают.

Мама всю ночь не спала, её мучило какое-то беспокойство, а утром в палату привезли каталку, и медсестра обьявила:
- Валентина Васильевна, ложитесь, пожалуйста.
- Как, уже?
Её отвезли в операционную, а через несколько часов вернули назад в палату, и, глядя устало на Римму, мама произнесла:
- Вот всё и закончилось.
Она закрыла глаза, и Римма решила, что она заснула, но через час, заметив какое-то пятно под её кроватью, и подойдя, поняла - мама истекла кровью, и даже матрас насквозь пропитался.
- Сестра! Сестра!
Этот истошный крик услышало всё отделение.
В палату вбежали две медсестры и дежурный врач и склонились над мамой.
- Чёрт возьми, она не дышит!
Счёт был на секунды, и они были использованы вовремя – искусственное дыхание вернуло её к жизни – и тогда врач облегчённо вздохнул.
- В реанимацию!

В своей палате мама оказалась снова через три дня, и её снова встретила Римма.
- С возвращением.
- А тебя уже тоже прооперировали? - спросила мама.
- Уже.
- А тебя, Катя?
- Если бы! Всё чего-то решают, - усмехнулась та.
Теперь уже настала очередь мамы успокаивать подругу.
- У тебя тоже всё будет хорошо.
- Да знаешь, чего-то неспокойно мне. Дома дети остались, а их у меня шестеро.
- Может, завтра всё решится.
Действительно, на следующее утро дверь палаты распахнулась и вкатили знакомую каталку.
- Удачи, Катюша, - улыбнулась мама.

Прошёл обед, подходило время ужина, и, выйдя в коридор, мама увидела у стены ту самую каталку, на которой лежало тело, накрытое простынёй. Больные проходили мимо неё, опустив взгляды.
- А что случилось? - спросила удивлённая мама.
- Тяжёлый случай, ничего нельзя было сделать, - ответила санитарка.
- Но у неё же шестеро детей остались.
- Болезнь не спрашивает об этом.

my-raphael.com 
Я и мама - две Снегурочки.

Мама вернулась домой, и мы все заметили, что она очень изменилась, от неё прежней осталось ничтожно мало. Начались изнурительные поездки на курсы химиотерапии, после которых она долго восстанавливалась, и эта мука длилась полтора года.
- Где мои волосы?
- Отрастут, - успокаивала я её.
- Да уж, все так говорят, а пока я такая красавица, что лучше в зеркало не смотреть.
Единственной радостью стало известие о том, что мой брат решил жениться, и мама активно занялась подготовкой к свадьбе.
- Дай Бог, чтобы это событие совпало с нужным временем, чтобы я уже приехала с химии, - переживала она.

Событие совпало, мама поехала на свадьбу и внешне ничем не отличалась от всех присутствующих, если не считать платка на её голове, на который никто сначала не обращал внимания. Но началось веселье, мама вместе со всеми стала танцевать, и какой-то подвыпивший родственник невесты как бы случайно сдёрнул его с её головы… Все гости замерли. Мама невозмутимо водрузила платок назад и улыбнулась.
- А почему не танцуем?
- Танцуем! Танцуем! - закричала тамада.

Свадьба закончилась, а вместе с ней ушла и радость.
- Лучше бы я умерла. Зачем меня Римма спасла? - заплакала мама, - Зачем мне жить?
- Как зачем? А я тебе уже не нужна, а Сашка? - возмущённо ответила я, - Как ты мне всегда говорила: надо жить и радоваться жизни.
- Я не могу радоваться. Не получается.
- Всё утрясётся, и всё будет хорошо.
В её взгляде появилось что-то, и я это уловила. Мама начала возвращаться. Жизнь потекла дальше, но уже по другому кругу.