Рафаэль Мартос Санчес - Raphael - Rafael Martos Sánchez - Оцепеневшие статуи Ленинграда

Оцепеневшие статуи Ленинграда

На фото: "Ленинград, чудесный город, ослепительная смесь Парижа, Рима, Венеции...

Все статуи Ленинграда исчезли. Все. В парках, на площадях, во дворцах... Первое впечатление - замешательство. Что произошло? На месте каждой статуи - будка, вид деревянного домика, узкого и длинного. От этого сады выглядят поразительно странно. Подавленно. Призрачный, нереальный вид. Многое из фильма Феллини. Многое из сказки «Спящая Красавица». Очень тоскливо.

Зимой здесь слишком низкая минусовая температура— объясняют мне — поэтому необходимо закрывать статуи, защищать их от холода. С 1 ноября по 1 мая.

Шесть месяцев летаргии, глубокого сна, почти смерти. Вокруг парки - украшенные снегом, голые деревья, молчаливые скамейки и маленькие дети, катающиеся на санках... Шесть месяцев ничего не видеть. Упакованные в ящики, в темноту. Бедные статуи! Все будут мечтать о 1 мая. Они будут считать оставшиеся дни. И, когда наступит заветная дата, они будут ждать, дрожа от волнения, мгновение, когда придет «товарищ», который должен убрать с них покрытие первого мая!

- Завтра... — будет говорить каждая сама себе, — уже завтра!

7 ноября в Москве

В прошедшие дни, на всей территории Советского Союза праздновалась годовщина революции. 7 ноября — дата взятия Зимнего дворца— мы находимся в Москве. В десять часов утра начинается большой военный парад на Красной Площади. Мы видим прямую трансляцию по телевизору. Точно в назначенное время появляются Брежнев, Косыгин и Подгорный. Они выходят из мавзолея Ленина и занимают место на главной трибуне. Идет дождь. С рассвета идет дождь и это приостанавливает запланированную народную демонстрацию. Парад продолжается ровно час. Москва украшена красными флагами, красными пятиконечными звездами, гигантскими фигурами Ленина и плакатами с двумя датами 1917-1974.

Мы приезжаем в Ленинград, в необыкновенном поезде, в великолепных спальных вагонах. Этот город также, оказался украшен флагами, звездами и огромными портретами Ленина. Красота Ленинграда впечатляет меня каждый раз, когда я приезжаю. Сейчас, одетый зимою в очень серые, очень бледные тона, он более, чем когда-либо похож, какими-то уголками на Венецию.

— Завтра... — повторяет каждая статуя себе, - канун первого мая уже завтра!
Шесть месяцев все они ждут этот момент, этот "завтрашний день", который не спешит прибывать и от этого кажется таким далеким.

— Значит, нет другого средства, — нужно было бы объяснять им, чтобы хоть немного успокоить. — Вы почти голые. Холод слишком жесток здесь. Вы не смогли бы это вынести. Вам не победить зиму, и следующую и следующую... Это единственный выход, чтобы спасти вас. Будьте благоразумны и постарайтесь понять...

Может быть, похожие слова говорил им дух, помогая им не отчаиваться в течение этих шести месяцев.