Nuevo e interesante

12.12.2017

Радиоканал «Cadena SER» и программа «Hoy por hoy» представляют


Беседа на радио, записанная на видео

Мой Рафаэль 

Вчера, 11 декабря, Рафаэль был гостем популярной программы на радио, «Hoy por hoy». Она выходит в эфир на волнах старейшего радиоканала «Cadena SER».
Беседу вёл постоянный ведущий программы Тони Гарридо. Ему помогал обозреватель международных новостей Том Каллен.


https://www.facebook.com
https://www.youtube.com

Рафаэль: Доброе утро.

Тони Гарридо: Спасибо за то, что приехали к нам. Вы живы. Это необходимое условие, чтобы быть гостем нашей программы.

Рафаэль: Да (смеётся).

Тони Гарридо: Мы имеем обыкновение приглашать живых людей.

Рафаэль: Можешь пригласить и мёртвого, но он не приедет.

Тони Гарридо: Сколько раз вас уже «убивали»?

Рафаэль: Много. По тому, что я вижу, много. Это невероятно, что мы продолжаем «переворачивать» события, факты. Я простудился, как и другие 80% испанцев в эти дни. Испанцев, немцев, португальцев, китайцев… Обычно такое, если это лечить, длится 7 дней. Если не лечить, это длится неделю (смеётся).

Тони Гарридо: Это знакомо.

Рафаэль: Это всегда так. Но дело в том, что это пришлось как раз на разгар простуды. Вообще-то, можно петь простуженным. Можно. Первые два дня и последние два – можно петь. Самые плохие – это три дня, которые находятся в середине заболевания, потому что при этом грудь у тебя забита, и ты всё время подкашливаешь и всё такое. Эти дни плохие.

Тони Гарридо: И в четверг, именно на четверг пришёлся один из этих дней, и ты вынужден был отменить концерт в Лас Пальмас. 

Рафаэль: Да. Я был на репетиции, проверял звук и счёл, что публика заслуживает лучшего, чем то, что они могли бы услышать. И, поскольку публика меня знает хорошо уже много лет… Они знают, что, если я им скажу, что так надо, они поймут, что я прав. В общем, я вернусь туда в нужный день. Билеты стоят столько же.

Тони Гарридо: Рафаэль вернётся в Лас Пальмас.

Том Каллен: Нужно сказать, как сказал Уинстон Черчиль: «Слухи о моей кончине были оооооооочень преувеличены.»

Рафаэль: Да (смеётся). Но тут же… И я не могу понять, как такое может быть … 4-5 дней…(он запинается, ему не хватает слов). И самое плохое то, что они подняли ужасный шум в моём доме! Телефоны, СМИ, да ещё со всего мира, потому что, конечно, новости распространяются сразу повсюду. 


Тони Гарридо: Были цветы и всякие такие вещи?

Рафаэль: Нееет. Потому что, я думаю, что в действительности, когда они говорят подобные вещи, они знают, что лгут. Ведь не было ни скорой помощи и ничего подобного. И, если они знают, что лгут, то они и не придают такой значимости тому, о чём говорят. И подобные новости выдаёт только определённая часть прессы, и ты знаешь, какие они. Вот и всё.

Тони Гарридо: Наверняка, нас внимательно слушают многие. И мы не ставим для них музыку сегодня, потому что мы хотим, чтобы Вы для них выбрали...

Рафаэль: А почему сегодня нет оркестра?

Тони Гарридо: Тот оркестр, наш традиционный, с которым мы обычно встречаем великих артистов, не смог сегодня приехать. И мы хотим, чтобы это был Рафаэль, кто бы поставил нам музыку, чтобы по окончании этого интервью мы посмотрели бы на playlist великого Рафаэля и… Так что я приготовил свой телефонный аппарат, чтобы Вы… Рафаэль… То есть мне бы хотелось, чтобы Вы нам назвали какое-нибудь имя. Чтобы узнать о Ваших вкусах, знать, что Вам нравится, что Вас побудило или что привело Вас к песне, или какая песня в какой-то момент сыграла большую роль для Вас.

Рафаэль: Смотри: Элвис. 

Тони Гарридо: Элвис. Ищу. Может, прямо “Fever”?

Рафаэль: Прямо “Fever”, давай. Впрочем, можно поставить любую его песню.

Тони Гарридо: Я сейчас найду “Fever”, и она прозвучит, если на моём аппарате хватит места, потому что у меня объём лимитирован, как вы понимаете. Вот эта версия, где с ним поёт Майкл Бубле.

Рафаэль: Я её никогда не слышал. Бубле, он – потрясающий.

Тони Гарридо: Да, великий голос (звучит вступление). Он не сразу начинает запевать. Великолепная аранжировка, но…

Рафаэль: Ну, давай же (смеётся).

Тони Гарридо: Пусть эта песня звучит, её для нас выбрал маэстро. 

ЗА КАДРОМ ЗВУЧИТ “FEVER в Исполнении Элвиса Пресли.

Тони Гарридо: «Loco por cantar» – так называется Ваше турне. Остаются две даты – в Жироне, это в следующее воскресенье, и заключительный концерт в Мадриде, в WiZink Center, 21 декабря, заключительный на данный момент. 

Рафаэль: Им заканчивается первая часть этого турне. В Испании, но оно продолжится в последних числах февраля в Америке.

Тони Гарридо: И опять на два месяца?

Рафаэль: Нет, сейчас я не уезжаю так надолго. Я выезжаю часто, но на более короткие периоды, чтобы чаще быть дома.

Тони Гарридо: Конечно, и для музыкантов это непросто. Отсутствовать, например, две недели. Какой самый длительный период отсутствия?

Рафаэль: Это скоро уже начнётся. 15 дней, 10 дней – это нормально. Ты можешь возвращаться домой несколько раз, чтобы не быть длительное время без семьи, но не 2 месяца, как раньше.

Тони Гарридо: Два последних концерта испанского турне, потом начнётся американское. Сначала в Жироне, а потом в Мадриде 21-го, в день выборов.

Рафаэль: Да, это так.

Тони Гарридо: Было бы здорово, если бы Рафаэль мог бы стать объединяющим мостиком между Каталонией и Испанией. Полагаю, что среди Ваших поклонников есть люди…

Рафаэль: Это было бы большой честью для меня.

Тони Гарридо: Это было бы замечательно.

Рафаэль: Было бы чудесно.


Тони Гарридо: Что Вы думаете о том, что сейчас происходит в Каталонии?

Рафаэль: Что ты хочешь, чтобы я думал? Скажи мне, как надо?

Тони Гарридо: Что Вы чувствуете? Ощущения.

Рафаэль: Я обожаю Каталонию, потому что у меня там столько поклонников. Я только что был в Барселоне. Месяц назад. Я выступал в Palau Sant Jordi. Было потрясающе. Чудесно. Я бы хотел продолжать ездить в Барселону, и в Жирону, и в Таррагону, как это было и раньше в течение всей моей жизни, и, понимаете, чтобы это было без паспортов. Я хочу, чтобы Испания была такой, какой я её знал. Это моё пожелание.

Том Каллен: На 2018 год.

Тони Гарридо: И желание многих других людей тоже. Этого надо попросить у Волхвов. 
Выберите ещё одну песню, Рафаэль.

Рафаэль: Ещё одну?

Том Каллен: Какую-нибудь рождественскую, возможно. Какую-нибудь любимую.

Рафаэль: Слушай, рождественская – это «El Tamborilero». Она и есть рождественская. Пока ещё не было ни одной подобной… Вернее, было много рождественских, я сам записал их несколько, но ни одна из них не смогла стать таким феноменом, как «El Tamborilero». И ему же почти 50 лет.

ЗА КАДРОМ ЗВУЧИТ «EL TAMBORILERO» в исполнении Рафаэля.

Мой Рафаэль 

Том Каллен: Наверное, есть на то причина.

Тони Гарридо: Как быстро! Одна песня, и всё. Что в ней есть такого, чего нет в других?

Рафаэль: В ней есть это: то, что она длится 3–3,5 минуты, и с самого начала она захватывает тебя. Великие песни обладают именно этим, не понятно что, но что-то в них есть. Это когда людям дают выбрать кого-нибудь из певцов или певиц, или артистов, и они указывают пальчиком и говорят: «Этот!» Или: «Эта!» Они безошибочны. Они не ошибаются никогда.

Тони Гарридо: Сейчас, когда мы говорим о Рождестве, для многих из нас не может быть Рождества без Рафаэля. А Рафаэль без чего не может обойтись в Рождество?

Рафаэль: Без семьи было бы совсем не то.  

Тони Гарридо: Эти дни мы всегда проводим в семье.

Рафаэль: И то, что трогает моё сердце – мои отец и мать. Лучше не будем думать об этих вещах. Вообще-то надо думать об этом. Надо. Я много думаю о моей маме.

Тони Гарридо: И какой образ перед тобой встаёт, когда ты думаешь о ней?

Рафаэль: Очаровательный, хотя характер у моей мамы был… невероятно сильный. Это была личность. Улыбка у неё была очень красивая. И пела она очень хорошо. А ещё лучше готовила. Эти запахи на кухне доньи Рафаэлы…

Тони Гарридо: «El Tamborilero» мы уже послушали. Выбери ещё какую-нибудь песню, Рафаэль.

Рафаэль: Сейчас посмотрим. Давай Пиаф.

Тони Гарридо: Какую?

Рафаэль: Любую, «No me puedo quejar»… Любую.

Тони Гарридо: Я набираю Пиаф и у меня выскакивают «Non, je ne regrette rien» и…

Рафаэль: Давай эту «No me puedo quejar».

ЗА КАДРОМ ЗВУЧИТ «NO ME PUEDO QUEJAR» – «NON, JE NE REGRETTE RIEN» в исполнении Эдит Пиаф.



Том Каллен: Как быстро всё получается (удивлён скоростью постановки и подключения песни). Меня многое восхищает, включая это – скорость.

Рафаэль: Это называется словом «пальцы», это всё пальчики.

Тони Гарридо: На этом месте мы прервёмся на некоторое время. А потом продолжим слушать песни и беседовать с Рафаэлем. Это честь для нас, что сегодня у нас в гостях один из выдающихся певцов этой страны, без которого было бы трудно обходиться. Нам, испанцам, было бы трудно, если бы среди нас не присутствовали бы такие, как Рафаэль. Сейчас небольшая пауза. Через некоторое время продолжим разговор.

ЗА КАДРОМ ЗВУЧИТ «NO ME PUEDO QUEJAR» – «NON, JE NE REGRETTE RIEN», А ЗАТЕМ РЕКЛАМА.

Тони Гарридо: Мы продолжаем беседу с Рафаэлем.

ЗА КАДРОМ ЗВУЧИТ «LOCO POR CANTAR» в исполнении Рафаэля.

Тони Гарридо: Вы всё ещё без ума от пения?

Рафаэль: Да.

Тони Гарридо: Находясь на такой высоте… начать заниматься чем-то другим… учёбой или прослушать мастер-класс…

Том Каллен: Получить второе образование. Хотя, да, он хотел ещё стать актёром. 

Рафаэль: Думаю, что против меня уже нет никаких средств (смеётся).

Тони Гарридо: Но на самом деле Рафаэль по-прежнему безумно любит петь?

Рафаэль: Да. И каждый раз всё больше. Это порок. Особенно, если тебя коснулась волшебная палочка в том смысле, что голос-то у тебя есть. Мне прибавляются года, но голос продолжает присутствовать, сопротивляться трудно.

Тони Гарридо: На самом деле мы получаем удовольствие от Вашего присутствия на сцене, но нам не просто понять это. Потому что у Рафаэля уже есть деньги, успех, все возможные награды, кроме олимпийских.

Рафаэль: Я пою, потому что мне нравится это, потому что я безумно люблю петь. Это то, что мне нравится. Это и семья – занимают мою жизнь. Больше ничего.

Том Каллен: Это возможно – получать удовольствие при такой ответственности?

Рафаэль: Да. Я получаю огромное удовольствие. И очень расстраиваюсь, если у меня не выходит что-то хорошо. Бывают дни, когда человек не расположен к «праздникам». Но мне невероятно повезло в том, что я работаю в той области, которая мне нравится. И если это ещё нравится людям – это всё равно, что выигрывать в лотерею каждый день.

Мой Рафаэль 

Тони Гарридо: А Вы знаете, что за Вами слава иметь легендарный способ контролировать публику? Вы смотрите на зал не сверху, а снизу. Вы видите каждого человека в зале?

Рафаэль: Да, но это ещё зависит от освещения.

Тони Гарридо: Вы знаете, что люди первых рядов должным образом аплодируют Вашим песням. Им нравится… 

Рафаэль: Это всё ощущается в воздухе. Есть нечто, возможно, это ерунда, но это понимаю только я. Когда я смотрю на людей в зале, даже ещё до выхода на сцену, я слышу: «Давай, давай, и ты увидишь!»

Тони Гарридо: Да?

Рафаэль: Да. Эти волны доходят до меня. Мне говорят: «Давай, и ты увидишь, какой грандиозный вечер сегодня у тебя будет, у нас будет!» Это интуиция.

Тони Гарридо: Ещё и опыт, владение ситуацией.

Рафаэль: И это тоже, но и, не имея опыта – когда я начинал, у меня не было опыта, – но я также ощущал это. Я всегда это чувствовал. Я чувствую, что мне говорят: «Давай, давай!»

Тони Гарридо: Грандиозный Рафаэль. Когда я готовился к программе, Рафаэль, мне кто-то сказал о Росио Хурадо. Какую её песню мы поставим?

Рафаэль: Любую.

Тони Гарридо: Смотри, эту, эту. «Se nos rompió el amor». 

Рафаэль: Она так часто звучит. Это гений, Мануэль Алехандро.

ЗА КАДРОМ ЗВУЧИТ «SE NOS ROMPIÓ EL AMOR» в Исполнении Росио Хурадо.

Тони Гарридо: Что было в Росио Хурадо?

Рафаэль: Потрясающий голос. А какое у неё было сердце! Чудесное!

Тони Гарридо: Возможно, она была самая великая.

Рафаэль: Эти прозвища мне не нравятся. Не знаю. Она была особенной, обладала уникальным тембром голоса, уникальным. Жила с огромным желанием обнять весь мир, и мир забрал её к себе. Рано.

Тони Гарридо: Слишком рано. Люди этого поколения… Сегодня вечером опять будут транслировать «Operación triunfo». Успех у этой программы необыкновенный. К тому же она привлекает к телевидению молодую публику. И даже некоторые члены Вашей семьи участвуют в этой программе.

Рафаэль: Да, мой сын.

Тони Гарридо: Ваш сын. Он ещё является продюсером дисков. Эта программа показывает мир гораздо более разнородным, чем раньше.

Рафаэль: Он - продюсер моих дисков.

Тони Гарридо: Да, не дисков с исполнителями «Operación triunfo», а дисков Рафаэля. В этой программе мы видим мир более разнообразным, с множеством альтернатив, с людьми более раскованными, чем люди Вашего поколения, которые вышли из эпохи, когда наша страна была гораздо более тёмной. Во всём было больше осторожности. Сейчас всё наоборот. Я думаю, что это хорошо для нас. Это эволюция для нашей страны.

Рафаэль: Без сомнения. Каждый человек, каждый персонаж этой программы очень отличается от других. Есть много нового в этих людях, новый сок, и это всегда очень интересно. Мы посмотрим, как с ними будут работать, как их будут вытягивать, важно, чтобы их не испортили, чтобы они сами смогли бы определить свою жизнь, и чтобы они могли делать то, что хотят делать, а не то, что им навязывают. Мне всегда приходилось спорить, хотя это были споры в воспитанной форме. Мне говорили, например, так: «Если ты сделаешь это, будет здорово». Я отвечал: «Да, но я хочу продолжать делать своё, то, что я чувствую».

Тони Гарридо: Рафаэль всегда делал то, что ему хотелось?

Рафаэль: Всегда.

Тони Гарридо: И сейчас он уже не может измениться.

Рафаэль: Нет, это невозможно, хотя я всегда слушаю советы, я достаточно восприимчив к ним. Но многое зависит от того, кто мне их даёт.

Том Каллен: Самый лучший совет, каким он был?

Рафаэль: Я очень прислушиваюсь к мнению моего сына Мануэля. Очень. Он говорит по-особому, и он знает, что говорит.

Тони Гарридо: Мне стоит усилий сконцентрироваться на беседе в то время, когда мы слушаем Росио Хурадо.

Рафаэль: Это отсутствие уважения с нашей стороны (смеётся).

Тони Гарридо: Это правда. Я отключил песню. Надо найти что-то более спокойное, лёгкое. И продолжим говорить о советах.

Рафаэль: Более лёгкое? (называет исполнителя).

Тони Гарридо: Не знаю, насколько это лёгкое, но давайте поставим.

ЗВУЧИТ МУЗЫКА

Тони Гарридо: Рафаэль всегда шёл своей дорогой. Возвращаясь к «Operación triunfo», мы видим, что личность исполнителя так же важна, как и само его исполнение. Нужно иметь свой собственный стиль, свой «штамп».

Рафаэль: Это важнее, чем иметь красивый голос. То есть важно иметь то, что люди увидели бы впервые, и чтобы им это понравилось, и чтобы потом они снова и снова хотели увидеть это. И найти место среди огромного числа певцов, имеющихся в этой стране, вообще во всех странах. Что касается собственного «штампа», это уже сложнее. Важно, чтобы его не сорвали. Есть люди, которые рождаются со своим «штампом». Важно, чтобы они шли своей собственной дорогой, чтобы делали то, что им подсказывает чувство. 

Тони Гарридо: Сейчас у Рафаэля появился семейный бизнес. Такое часто бывает. Но мне хочется понять, как отец и сын садятся друг рядом с другом в студии, говорят о будущих дисках, о том, как они звучат, об аранжировке. Какими бы они ни были профессионалами, в конце концов, они – отец и сын.

Рафаэль: Да, но нужно немного отделить одно от другого. Если ты доверяешь ему, то это не потому, что он твой сын, мол, ты тут сидишь потому, что я твой отец. Так нельзя. Так не должно быть. А если что-то не так, и он мне скажет: «Я твой сын, что такого»? 

Тони Гарридо: Когда через два месяца в феврале начнётся тур «Loco por cantar»...

Рафаэль: Какой тур? У меня их столько!

Тони Гарридо: Вторая часть твоего тура «Loco por cantar», который закончится в Испании 21 декабря в WiZink Center, и продолжится в феврале, и который затронет ещё и Жирону, я думаю, что мы все в Испании должны отправиться в путешествие. (Здесь он много говорит о том, что многие люди готовы отправиться за океан, они учились в лучших учебных заведениях, многое знают, но они мало выезжают, и особенно нужно как можно дальше от Испании и надолго отправить политиков, и вообще на расстоянии всё видится по-другому.)

Рафаэль: Конечно, но я гастролирую с 16 лет. И провожу за границей столько же времени, сколько бываю дома. Возможно, одной из форм планировать свою профессиональную жизнь является та, которая позволяет тебе выезжать. Когда я какое-то время нахожусь в Испании, я думаю, что мне нужно отправиться куда-нибудь. Так нужно, потому что я многое познаю, узнаю страны и возвращаюсь уже с новыми знаниями. Я их передаю Испании, моей родине. Потом опять, после определённого периода пребывания в Испании, я снова уезжаю, и снова чего-то познаю. Возможно, поэтому моя карьера такая продолжительная.

Том Каллен: Человек никогда не перестаёт познавать.

Рафаэль: Я много бываю на концертах в разных странах. И смотри, какое противоречие. Не для того, чтобы чему-то поучиться, а для того, чтобы не делать того, что не нужно делать. Я никогда не копирую других. Я хожу в театр, чтобы посмотреть на то, что я не должен делать, и я этого не делаю.

Мой Рафаэль 

Тони Гарридо: А что ты скажешь о сегодняшних артистах? Сейчас столько появляется новых.

Рафаэль: Не заставляй меня называть имена. Есть великолепные. Человек 10, может быть, 8, но очень хороших. Если я назову кого-нибудь, потом будет такое! К тому же, они все друзья.

Тони Гарридо: Я способен задать вопрос во время, когда буду ставить песню, о которой я тоже не спросил, но она мне очень нравится. Она с диска «Infinitos bailes». 

Рафаэль: Это песня Микеля Исаля.

Тони Гарридо: Мне кажется, она резюмирует то, кем для нас является Рафаэль. Это словно его история любви к этой стране, его союз с окружением, с этой обстановкой сложной, трудной. Обгоняем, отстаём, спорим. В Испании мы такие, мы ладим со всем этим. Вы представляете наилучшим образом то, кем мы являемся. И для нас честь и гордость, когда в других странах о нас думают, что мы такие, как Рафаэль.

Том Каллен: Да, как Рафаэль.


Тони Гарридо: Объявляет о ближайших концертах в Мадриде, Жироне и о перенесённом концерте в Лас Пальмас, и говорит, что Рафаэль жив.

Рафаэль: И ещё будут другие концерты.

Тони Гарридо: И будут другие. Рафаэль, я обнимаю, тебя, друг.

Рафаэль: Я всех обнимаю. Большое спасибо.

 

https://www.facebook.com
http://cadenaser.com

 

Перевод Елены Абрамовой
Редколлегия сайта