БОРЬБА ЗА НЕЗАВИСИМОСТЬ

Вспомним, что сказал Рафаэль: «Не найти никого более независимого, чем я..."

Пишут о том, что фестиваль Сонорама, который ежегодно празднуется в Аранда де Дуэро, предлагает вниманию зрителя главным образом концерты музыкальных групп, именующих себя «инди», термин, предположительно происходящий от слова «independencia» (независимость). Возможно, поэтому Рафаэль почувствовал себя там совершенно свободным, как рыба в воде, способным справиться с окружающей средой, чуждой изначально, таящей вызов и угрозу. 

Хотя поначалу казалось, что включить Рафаэля в программу Сонорамы можно только с большой натяжкой, что это рискованный финт из тех, что Рафаэль уже не раз совершал за свою карьеру, заставляя тебя переживать, как бы на этот раз он не сорвался в штопор, и хотя вначале Рафаэль воспринимался чужаком, непрошеным гостем в семье артистов одной крови, но оказалось, что ничто так не подходит ему, как «инди», как подлинная независимость.

Вспомним, что сказал Рафаэль: «Не найти никого более независимого, чем я, потому что всегда, всю жизнь, я делал то, к чему меня тянуло».

 

Что же, это не совсем верно. Никто не может заниматься только и исключительно тем, что доставляет ему удовольствие. И если кто-то не согласен, пусть припомнит как пример унылой рутины запись песни «Quiero una amante», которую никогда не одобряла Наталия Фигероа. Или безвыходный тупик его судебной тяжбы с компанией Hispavox, из-за решения которой под судом оказался сам артист. Но что действительно правда, так это то, что его заявление соответствует эмоциональному состоянию, связанному с его артистической карьерой, в которой такие неприятные эпизоды, происходившие против его воли, просто ничтожны. 

Следует признать, что независимость, в большой степени будучи результатом твердых единоличных решений, обозначила для него путеводные линии к успеху при таком судьбоносном выборе, как «ph» в его имени, первый концерт в Ла Сарсуэла или исполнение «El Tamborilero». Эта удача Рафаэля добавилась к бесчисленным эпизодам, когда приходилось плыть против течения, - так человек обычно и добивается успеха; эта борьба за успех заставляла вновь и вновь возвращаться на свою дорогу, к своей неизменной манере, твердо придерживаться направления, избранного заранее, можно сказать, превосходно продуманного, несмотря на то, что справа и слева то одни, то другие тебе назначают то, что ты должен сделать, и надо настойчиво уклоняться, так как никто не способен мыслить столь отчетливо, как ты сам. Это и называется уверенностью. И все же мы не должны приписывать все лишь человеческой уверенности певца и исключительного артиста. Ничего бы не получилось, не будь вокруг таких людей, Колумб остался бы без открытия Америки, и, точно так же, Рафаэль не встретился бы на одном перекрестке с Гордильо. Кстати сказать, именно тогда же он назвал его, что и должен был сделать, своим «его превосходительство» импрессарио. Однажды, когда мы завтракали вместе с Пако и его супругой Соледад Хара, он сказал мне: «Рафаэль никогда не сомневался в том, что я ему советовал, он всегда мне доверял».

Борьба за независимость – самая долгая из тех, что должен выдержать артист. На самом деле, это же Столетняя война. Она не кончается никогда. А начинается борьба за освобождение еще до выхода на улицу, в собственном доме, рядом и лицом к лицу со своей семьей. Посреди размеренной жизни ты заявляешь им, что хочешь стать архитектором, и все на свете тебя отправляют в Университет. Но если ты говоришь, что хочешь стать певцом, то вот тут-то все меняется: словно по волшебству, твои родители, твои братья или друзья считают себя вправе возражать и давать советы, будто ночью произошло чудо, и наутро они превратились в импрессарио, продюсеров звукозаписи или во всех возможных специалистов, какие только существуют в мире шоу-бизнеса. Каждый пытается тебя научить, как ты должен одеваться, стричься, причесываться, фотографироваться, выбирать песни… Противостоять всему этому – невыносимое безумие для тех, кто не имеет индивидуальности, и, словно этого мало, снова и снова продолжаются назойливые преследования и домогательства с претензиями на таланты агента артиста, звукозаписывающей фирмы, художественного консультанта, продюсера, аранжировщика, шефа по маркетингу и так, чем уже можно пренебречь, вплоть до швейцара.

Музыка – это рискованное предприятие, которое делает законным право всей этой публике высказывать свое мнение там, где они тратят свои деньги и свое время. Но правда также и то, что среди всех артист – первый, кому должно быть ясно, что никто этого не хочет. Рафаэль был таким всегда. Не должен был быть легким путь длиной более пятидесяти лет, упорно пролагаемый по неизменной линии, с глубокой убежденностью в том, что можно было бы сделать лучше или иначе, но никогда нельзя было бы искренне и чистосердечно отвергнуть присущий ему стиль, что бурно обсуждалось в весьма трудные и деликатные моменты, подогреваемые его недоброжелателями.

Но если бы угождать среднего развития умам и ложной скромности, мог бы получиться некий упрощенный и пресный Рафаэль, который растворился бы в многочисленных клонах и не выделялся бы столь ярко, неся печать своей неповторимости. Обладать индивидуальностью всегда означало совершать героический поступок в среде завистников и посредственностей. По счастью, Рафаэль всегда оставался неисправимым по мере развития своей карьеры. И довел до совершенства свои долгие и разнообразные упражнения в терпении к критикам, сосредоточившим всю свою неприязнь на его жестикуляции и манерности. Он оказался надежно защищен своей мощью и неуязвимой броней своего ума от всех нападок и покушений на пьедестал, который он столь долго возводил.

Его концерт на Сонораме выделяется, по словам многих, среди прочих других до него и после него в карьере Рафаэля, но также понятно, что концерт этот не был ничем другим, как еще одним ожидаемым проявлением присущего артисту мужества, такого, чтобы в мире, созданном для покорности и смирения, суметь победить, как и всегда, в борьбе за независимость.

Хосе Мария Фуэртес

Другие публикации José María Fuertes на нашем сайте my-raphael

Перевод: Наталии Голубевой,
Ольги Климовой